Глава 20. Следующий этап испытания прошел настолько тихо и мирно, что вполне обоснованно вызвал у друзей подозрения

Если Судьба «за»

Следующий этап испытания прошел настолько тихо и мирно, что вполне обоснованно вызвал у друзей подозрения. Они сошлись на том, что Калтинэль готовит какую-то сногсшибательную пакость и надо держать ухо востро.

Пока же Керрин и Ри легко переплыли реку, и Камень Выбора под их мокрыми руками засверкал синим цветом. Впрочем, на подчиненных Селиана он отреагировал точно так же.

На следующий день, увидев на лице Калтинэля пакостливую улыбку, Дериона сразу поняла — грядет гадость. Она с беспокойством посмотрела на оборотня, который, нахмурившись, сверлил взглядом Повелителя светлых.

— Почему мне кажется, что сейчас нас завалят? — протянул снежный барс, повернувшись к Флэссу.

— Может, поэтому, — мрачно отозвался темный, кивая на светлого эльфа, который левитацией поднимал в воздух треногу с Камнем Выбора. Когда тренога зависла на высоте десяти метров, к друзьям подошел сияющий Калтинэль.

— Вижу, вы уже поняли, какое задание сегодня вас ждет, — вовсю улыбался Повелитель. — Ничего сложного — подняться в воздух и дотронуться до камня… Ох, простите! Среди вас же нет магов! Какая досада! Даже не знаю, чем вам тут можно помочь…

— Вот же… светлый, — сплюнул Флэсс, смотря вслед удаляющемуся Калтинэлю. — Что делать будем?

— У меня есть идея, — криво усмехнулась Тирэль. — Но пока ничего не скажу, а то у отца хватит наглости попытаться мне помешать.

Эльфийка за эту пару дней все-таки отвоевала свой гардероб обратно и щеголяла сегодня в длинной приталенной бежевой тунике и песочного цвета бриджах, которые облегали стройные ножки. Повелитель несколько раз порывался высказать дочери свое фи насчет ее одежды, но всякий раз, натолкнувшись на темнеющий взгляд девушки, умолкал.

И вот испытание началось. Светлые, затаив дыхание, смотрели, как один из молчаливых подчиненных Селиана пролевитировал к Камню Выбора и положил на него руки. Камень загорелся синим цветом, и толпа эльфов, внимательно наблюдающих за каждым этапом испытания, разразилась радостными криками.

— Флэсс, кто от вас будет подниматься к камню? — усмехнулся Калтинэль и свысока посмотрел на темного. — Или мне засчитать тебе поражение в этом этапе?

— Папочка, ну почему же сразу поражение? — Тирэль легко выскользнула из-за спин друзей и с вызовом посмотрела на Повелителя. — К Камню Выбора поднимусь я!

— Ты не можешь! — зашипел светлый, чей идеальный план пыталась разрушить собственная дочь. — Ты не в команде темного!

— Ошибаешься, — высокомерно процедила эльфийка, с угрозой посмотрев на отца. — Или ты считаешь, что быть в команде любимого неприемлемо?

Судя по лицу Калтинэля, именно так он и считал. Повелитель уже собрался было озвучить свои мысли, но Тирэль подняла на него полыхающие тьмой глаза и медленно проговорила:



— Ты нарушаешь правила, давая заведомо проигрышные для одной команды задания. А значит, я имею право выровнять баланс по своему усмотрению. Еще вопросы? Нет? Ну, тогда я полетела!

За спиной девушки затрепетали два полупрозрачных золотых крыла.

— Подарок покровителя, — гордо ответила она на немой вопрос в глазах друзей и свечкой взмыла в небо.

— Вот что за несправедливость! — тихо возмутился Флэсс. — Почему у любимицы Света и магия, пусть и темная, на месте, и такой подарок… А у меня…

«Тебе что-то не нравится, мой мальчик?» — вкрадчиво прошелестела Вечная Тьма в голове у эльфа, вынуждая последнего спешно заткнуться.

— Все хорошо, — пробормотал темный, отвешивая себе мысленную оплеуху. — Моя покровительница лучше знает, что мне необходимо…

«То-то же!» — отозвалась Вечная и затихла.

Меж тем Тирэль легко поднялась к Камню Выбора и положила на него руки. Камень в ответ засверкал синим.

— Ну что? — Девушка опустилась на землю и победно посмотрела на отца. — Три синих знака у нас есть.

— Испытание не окончено, — процедил в ответ Калтинэль. — Впереди еще два, и у Селиана есть возможность получить больше синих знаков! И даже если их будет три…

— И что же ты, Калтинэль, намерен в таком случае делать? — приторным голосом поинтересовался Флэсс, обнимая Тирэль. — Дай угадаю… Скажешь, что решать тебе, и отдашь свою дочь Селиану, да?

Повелитель зло зыркнул на темного, косвенно подтверждая, что именно так он и планировал поступить, но озвучивать это вслух поостерегся.

— Я думаю, в этом случае было бы корректнее спросить Вечную Судьбу, — мягко вклинился оборотень, ощущая, что его друг на взводе и сейчас прольется кровь одного глупого Повелителя. — С ее решением соглашаются даже Вечные, что уж про нас, созданных, говорить.

— Как раз это я и собирался сделать, — недовольно буркнул Калтинэль, пряча глаза.

— Да, конечно, — усмехнулась Тирэль и утянула темного прочь.

Ри с Керрином переглянулись и молча отправились следом.

— Как думаете, он успокоится? — тихо спросила Дериона, поравнявшись с влюбленными.



— Сомневаюсь, — процедила Тирэль, бросив быстрый взгляд на подругу. — Думаю, для завтрашнего этапа он придумает что-то еще.

Вечером, после всех этих треволнений, Ри захотелось прогуляться. Благоразумно решив, что свежим воздухом можно подышать и в саду рядом с домом, она, накинув на плечи тонкую шаль, вышла во двор. Девушка бродила по саду и вдруг наткнулась на эльфа, который сосредоточенно обрезал шарообразный куст, усыпаный крупными белыми цветами. У ног светлого уже лежал целый букет.

— Скажите, — осторожно обратилась она к эльфу, с восторгом рассматривая куст, — а как они называются?

— Тиссе интересуется эльфийскими цветами? — слегка поклонился мужчина. — Это — гордость нашей магии. Мы называем эти цветы розами видений. Они цветут только один день в году, и тот, кто вдохнет аромат этой розы, получит возможность увидеть будущее.

— А можно мне?.. — спросила Ри и нерешительно замерла, теребя вышивку на юбке платья.

— Конечно, тиссе. — Светлый отошел от куста, освобождая девушке место.

Запах цветов был очень пряным, и у Дерионы закружилась голова. Ри отшатнулась от куста, попыталась вдохнуть свежий воздух и вдруг осела прямо в траву.

— Упростила мне работу, — хмыкнул эльф и, щелчком пальцев освободив себя от личины, стремительно собрал обрезанные цветы и исчез из сада.

Через полчаса всю компанию поднял на уши Керрин, который не смог найти Ри в доме. Передать, что пережили друзья, когда увидели ее лежащей в траве, тоже невозможно.

— Жива! — радостно крикнул оборотень, когда, приложив ухо к груди девушки, услышал размеренный стук. Он торопливо подхватил безвольное тело подруги на руки и вопросительно посмотрел на эльфов.

— Калтинэль перешел все границы, — процедил Флэсс, все-таки заметно расслабившись. — Я ему за это…

— Ты ничего не докажешь, — с сожалением перебила любимого Тирэль. — Видишь этот кустик с белыми цветами? Кстати, не рекомендую подходить к нему близко… Пыльца его цветов обладает усыпляющим действием. Если вдохнуть много, можно проспать несколько дней кряду.

— Предлагаешь это просто так спустить? — скрипнул зубами темный, стискивая кулаки.

— Нет, конечно, — передернула плечами эльфийка и обеспокоенно посмотрела на Флэсса. — Но сначала нам надо решить проблему. Думается мне, что Ри выведена из строя самое меньшее на сутки, а значит, завтра отец может вполне сделать глупость и попытается не допустить нас к испытаниям, так как у нас неполная команда. Сомневаюсь, что такой фортель, как сегодня, у меня еще раз пройдет.

«Передай девочке, что это не ваша забота, — раздался у Флэсса в голове голос покровительницы. — Этот мальчишка, Повелитель, зарвался. Думаю, мы с братом немного отступим от правил, чтобы преподать ему хороший урок».

Темный послушно передал все, что сказала Вечная Тьма, и друзья ощутимо расслабились. Керрин, бережно прижимая свою бессознательную ношу к груди, бодро зашагал в сторону дома, Флэсс и Тирэль, тихо переговариваясь, поспешили следом.

Через два часа у Повелителя Калтинэля сдали нервы. Он ожидал, что почти сразу с воплями принесется темный и его можно будет красиво перед всеми поставить на место, но ни одно из его ожиданий не оправдалось. Светлый решил послать к дому разведчика, чтобы тот узнал, что именно там происходит. Мало ли, может, девушку еще не нашли, а потому нет никакой суеты.

Разведчик вернулся с шокирующим известием — девушка лежит в своей комнате на кровати, оборотень читает в библиотеке, а темный с дочерью Повелителя играют в шахматы в зале.

Калтинэлю хватило ума не портить свою комбинацию и не отправлять никого к Флэссу. Здраво рассудив, что утром отыграется за все, светлый выбросил эту проблему из головы.

Неудивительно, что на следующий день на месте испытания Повелитель ожидал сократившуюся компанию, предвкушая веселье.

— А что вас сегодня так мало? — очень натурально удивился он и ощутил легкое беспокойство — их лица были безмятежными.

— Ри уснула, — коротко ответил темный, не собираясь оправдывать надежды светлого Повелителя. — Думаю, надолго.

— Какая неприятность, — всплеснул руками Калтинэль. — Увы, в сокращенном составе я не могу допустить вас к испытаниям, так что…

На поляне раздался треск, и пространство разрезал темный провал. Оттуда полыхнуло ярким светом, и из портала появилась светлая эльфийка, одетая в классический костюм темных разведчиков — комбинезон с капюшоном. Калтинэля при ее виде перекосило, и он начал пятиться подальше от гостьи. А эльфийка, кровожадно улыбнувшись Повелителю, достала из ножен на поясе длинный кинжал и, многообещающе им поигрывая, глубоким голосом ехидно проговорила:

— Привет, Келли! Скучал?

Повелитель Калтинэль с ненавистью смотрел на кинжал. На тот самый, передаваемый от отца сыну кинжал, который он потерял по собственной глупости.

Мало кто знал, что история противостояния Повелителя светлых эльфов и легенды разведчиков Светлого леса началась задолго до того, как они таковыми стали.

На одном из балов наследник Калтинэль увидел прекрасную эльфийку. В любовных романах наверняка написали бы, что он влюбился в нее с первого взгляда, а также расписали всю гамму чувств, которые испытали влюбленные, глядя друг на друга… Но в этом случае ничего подобного не было. Да, девушка эльфу понравилась, но все его мысли занимал скорее горизонтальный способ отношений. А потому он не нашел ничего лучшего, чем спросить у своего отца, кто она такая.

Чего Калтинэль не ожидал, так это строгой отповеди Повелителя. Оказалось, что приглянувшаяся ему эльфийка является дочерью старейшего рода Светлого леса. А это означало, что горизонтальные отношения с ней светят Калтинэлю только после свадьбы. Их свадьбы.

Наследник, понятное дело, под венец ну никак не торопился, а потому свой интерес быстренько попытался свернуть. Но вот тот, к большому удивлению эльфа, сворачиваться не пожелал. Через две недели непрерывных эротических снов с участием дивного видения злой Калтинэль с одобрения отца пошел свататься к Энрит. Такие предложения конечно же не отклоняются, а потому светлый планировал побыстрее надеть на эльфийку брачные браслеты и угомонить наконец свой дурной организм.

Родители Энрит были в восторге! Еще бы! Такая партия для любой девушки просто предел мечтаний!..

Как выяснилось — не для любой.

Когда гордая мать привела девушку в кабинет отца познакомить с женихом, Энрит только окинула наследника презрительным взглядом. И заявила родителям, что если им так приспичило породниться с Повелителем, то пусть сами и выходят за Калтинэля замуж. А у нее на жизнь другие планы.

Какой был скандал!.. Мать девушки заламывала руки и причитала, говоря, что, оказывается, ее дочь умом тронутая. Отец топал ногами, брызгал слюной и грозился выгнать из дому, если строптивая эльфийка не покорится. Когда он дошел в своих угрозах до «под конвоем поведут в храм», Энрит вдруг ухмыльнулась, прищурилась и ангельским голосом спросила, так ли он уверен в том, что говорит. Тот позеленел и почему-то заткнулся. Тогда девушка повернулась к наследнику и предложила пари. Мол, если побьет он ее в эльфийском троеборье — стрельба из лука, бой на мечах и рукопашная, то, так и быть, она выйдет за него замуж.

Калтинэль воспрянул духом. Эльфом он был вполне сильным, так что в двух из трех дисциплин в своем преимуществе не сомневался. И, наверное, именно потому сделал грандиозную глупость — ехидно поинтересовался, что хочет прекрасная дева, если выиграет. Дева оскалилась, как матерая волчица, и потребовала родовой кинжал. И юноша, уверенный в своем преимуществе, согласился.

Как хрупкая эльфийка валяла наследника в грязи в рукопашной — это была отдельная история. Калтинэль даже понять не успел, как оказался лицом в траве с заломленной рукой. А Энрит сидела у него на спине и скучающим тоном рассказывала, где и какие ошибки он допустил. Светлый рассвирепел и заявил, что это была случайность. И потребовал реванша. Результат, правда, был тот же.

Стрельбу из лука наследник проиграл по собственной дурости. Он был настолько разозлен и выбит из колеи проигрышем в рукопашной, что попросту промазал по всем мишеням.

Уже понимая, что проиграл, Калтинэль решил проявить себя хотя бы в последнем этапе троеборья, чтобы его общий проигрыш не смотрелся так позорно. На мечах наследник дрался хорошо и обоснованно входил в десятку лучших мечников Светлого леса. Но он уже не был настолько самонадеян, чтобы недооценивать полную сюрпризов противницу. К большому сожалению, даже адекватная оценка эльфийки не помогла Калтинэлю. Не так легко, как в предыдущих этапах, но Энрит его все-таки победила. И ехидно потребовала приз, который наследнику скрепя сердце пришлось отдать. Унижаться и просить оставить семейную реликвию Калтинэль не стал, здраво рассудив, что у девушке достанет наглости его за это высмеять.

В общем, к отцу Калтинэль отбыл ни с чем.

Так эта история и осталась бы тайной наследника, но, на его беду, первый позор в рукопашной случайно увидели два разведчика. Так что к следующему поединку все кусты вокруг поляны, на которой сражались Калтинэль и Энрит, были заняты. И так как девушку в простой рубахе и штанах не узнали, сомнительная слава досталась наследнику. Он превратился в посмешище и еще долгие годы по крохам восстанавливал свою репутацию.

Через десять лет после этого случая Энрит пришла к Повелителю с прошением зачислить ее в ряды разведчиков. Скандал был невероятный, и ей, понятное дело, собирались отказать. Но девушка усмехнулась и достала кинжал, выразительно посмотрев на правителя и наследника. Надо ли говорить, что в разведчики ее зачислили молниеносно?

С тех пор Энрит Разящий Луч, как ее позже любовно прозвали разведчики, стала личной головной болью Калтинэля. Одной своей усмешкой эльфийка поднимала в душе светлого такую панику, что ему хотелось забиться в самую дальнюю комнату дворца. Понятное дело, такое положение вещей в Светлом лесу быстро подметили. И по важным вопросам принялись ходить не к новоиспеченному Повелителю, а к разведчице. Мол, если уж эльфийка одобрит, то и Калтинэль никуда не денется.

Когда Энрит пропала на границе с темными эльфами, Повелитель отметил это знаменательное событие, запершись на два дня в своем кабинете с ящиком вина. Слуги, снедаемые любопытством, регулярно сновали мимо дверей кабинета. И потом клялись, что оттуда доносятся веселые песни, перемежаемые фразами типа: «Так тебе, стерва, и надо!»

Думаю, несложно понять, что воскрешение ненавистной эльфийки в качестве Повелительницы темных ничего, кроме отборных ругательств, у Калтинэля не вызвало. Утешало только то, что теперь Энрит вряд ли покажется в Светлом лесу.

И вот даже это оказалось самообманом — живее всех живых, она с прищуром посматривала на Повелителя, играя с кинжалом.

— Энрит Разящий Луч! — послышалось из толпы, где скучковались светлоэльфийские разведчики.

— Привет, мальчики, — махнула им рукой эльфийка и повернулась к Флэссу: — Здравствуй, сын. Что, светлый Повелитель так и не научился играть по правилам?

— Здравствуй, мама, — усмехнулся темный, обнимая родительницу. — Как видишь.

— Это мы сейчас решим, — хмыкнула Энрит и быстрым шагом подошла к Калтинэлю. — Я тут наслышана, что моя приемная дочь временно выбыла из строя. Тебе, Келли, интересно, откуда я это знаю? Да так, милый, Вечные нашептали. Угадаешь какие? По лицу вижу — угадал. — Она хищно усмехнулась. — Кстати, тебе велели передать, что еще раз попробуешь повлиять на результат отбора, и они все-таки придут к тебе в гости. Со всеми вытекающими последствиями. — Эльфийка демонстративно сложила руки на груди и изогнула бровь. — Надеюсь, моя кандидатура, вместо Ри, тебя устраивает?

Побледневший Калтинэль не мог произнести ни слова, и только шумное дыхание выдавало чувства мужчины.

— Молчание — знак согласия, — рассудила Энрит и царственно кивнула Повелителю. — Объявляй условия этапа.

— Этого не может быть! — прорезался голос у одного из разведчиков. — Вас же убили темные!

— В какой-то степени так оно и есть, — задумчиво сказала женщина, рассматривая притихшую возлюбленную сына. — Вы себе даже представить не можете, сколько раз я умирала в спальне в объятиях мужа.

Несколько особо впечатлительных барышень после этих слов дружно хлопнулись в обморок.

— М-да, я уже и забыла, как у вас тут все приторно-благопристойно, — рассмеялась Повелительница и подмигнула Тирэль. — Девочка, ты мне нравишься, так что теперь у твоего папаши ни единого шанса. — Она резко повернулась к Повелителю. — Келли, радость моя, ты мне всегда проигрывал. Может, в этот раз не станешь позориться и просто сдашься?

— Ты себе слишком много позволяешь, Энрит, — взбесился Калтинэль. — В другое время я с удовольствием лично казнил бы тебя за измену…

— Да, да, да, — зевнула эльфийка, всем своим видом показывая, как она относится к словам светлого. — Спорим, я убью тебя быстрее?

Калтинэль благоразумно заткнулся и, одарив весело скалящуюся Энрит ненавидящим взглядом, скупо сказал:

— Четвертый этап. Тренога с Камнем Выбора спрятана в радиусе трехсот метров от этой поляны. Задача для друзей жениха — найти и одновременно положить на него руки. Приступайте.

Подчиненные Селиана, повинуясь кивку своего начальника, стремительно сорвались с места и исчезли в лесной чаще.

— Идем, — махнула рукой Керрину Энрит, неторопливо направляясь следом за светлыми. — Уверена, что, в отличие от нас, эти двое знают нужное место… Ну, да у меня свои секреты.

Оборотень и эльфийка, тихонько переговариваясь, неторопливо скрылись следом за подчиненными Селиана.

— Мне вот интересно, — Флэсс притянул к себе Тирэль и удовлетворенно полюбовался перекошенным лицом Повелителя, — а как мы узнаем, какой знак кому высветился?

Один из магов, стоящих рядом с Калтинэлем, сделал пасс руками, и над толпой развернулось почти прозрачное плотное марево, на котором, однако, хорошо было видно стоящую под старым ясенем треногу с Камнем Выбора.

Вот к дереву выбежали светлые эльфы и, на секунду замерев, положили руки на Камень Выбора. Он засиял ровным алым цветом. На поляне раздались расстроенные вздохи.

— Ничего-ничего, — прошептал про себя Повелитель, забыв, что у темных очень хороший слух. — Сейчас им тоже алым засверкает…

— Уверен? — тут же отозвался Флэсс и мрачно усмехнулся.

— Надеюсь, — отрезал Калтинэль и отвернулся.

Светлые эльфы ушли от дерева, и все принялись ждать продолжения. Прошло около десяти минут, а эльфийки и оборотня до сих пор не было.

— Да она надо мной издевается! — зашипел Калтинэль и, сжав кулаки, повернулся к темному — Чтобы Энрит и не нашла этот демонов ясень! Я сейчас просто засчитаю вам поражение!

— Ну-ну, — усмехнулся Флэсс, не глядя на Повелителя. — О, а вот и они.

И действительно — к дереву неторопливо приближались Энрит и Керрин. Оборотень что-то рассказывал своей второй матери, а эльфийка от души хохотала. Увлеченные разговором, они остановились рядом с треногой, не обращая никакого внимания на камень.

— Сейчас я… — начал было Калтинэль, но женщина в мареве вскинула кулак и направила его прямо на Повелителя, от чего он моментально заткнулся.

Энрит и Керрин закончили разговор, так же неторопливо подошли к Камню Выбора и положили на него руки. Артефакт засиял мягким синим цветом, чем вызвал коллективное скрежетание зубами на поляне. Энрит развернулась четко лицом к Калтинэлю и, уперев руки в бока, торжествующе оскалилась. После чего они с оборотнем так же неторопливо ушли от ясеня прочь.

— Думаю, на этом можно закончить, — лениво проговорил Флэсс. — У нас четыре синих знака. При всем твоем желании, Калтинэль, у Селиана нет шансов.

— Покоряюсь воле Вечного Света, — глухо отозвался Повелитель и, сгорбившись, схватился за голову. — Почему?! Ну почему?! За что Вечные постоянно наказывают меня вашей семейкой?!

— Может, за гордыню? — поднял бровь темный.

Калтинэль метнул на Флэсса злой взгляд, а потом с надеждой посмотрел на хмурого Селиана.

— Ты так и собираешься стоять? — закричал Повелитель. — Сделай что-нибудь! Ты сможешь все изменить…

— Нет, — покачал головой Селиан и печально посмотрел на своего Повелителя.

— Но почему? — изумился Калтинэль.

— Отсутствие плотских желаний, как оказалось, хорошо прочищает мозги, — выдал бледное подобие улыбки светлый. — Так что я тоже… Покоряюсь воле Вечного Света.

Флэсс с недоумением посмотрел на Тирэль, на что девушка только развела руками. Поверить в то, что проклятие Ри так благотворно подействовало на светлого, было сложно.

Селиан подошел к эльфийке и, демонстративно игнорируя темного, тихо попросил:

— Я понимаю, что заслужил не самое лучшее отношение, но… мне очень нужно тебя кое о чем спросить… Мы могли бы отойти?

Девушка беспомощно посмотрела на Флэсса, а тот в свою очередь еще крепче прижал любимую к груди и прошипел:

— Она с тобой никуда не пойдет!

— Темный, я тоже от тебя далеко не в восторге! — Селиан с ненавистью посмотрел на своего более удачливого соперника и сжал кулаки. — Но я не собираюсь воровать твою девушку!

Некоторое время мужчины мерили друг друга тяжелыми взглядами, и наконец Флэсс нехотя выдавил:

— В двух шагах от меня — не дальше!

— Мне хватит, — выдохнул светлый и, замявшись, едва слышно добавил: — Спасибо…

Темный поперхнулся уже придуманным язвительным ответом и изумленно посмотрел на эльфа, который отошел к рядом стоящему дереву. Тирэль опасливо остановилась в шаге от Селиана и спрятала руки за спину. Начинать разговор первой эльфийка не собиралась.

— Скажи… — Было видно, что слова даются светлому нелегко. — Почему он? Что в нем есть такого, чего нет у меня?

— Тебе весь список? — мрачно усмехнулась Тирэль, смутно догадываясь, о чем именно пойдет речь. — Перечислять можно долго, но, думаю, стоит выделить самое главное. Он меня любит.

— А ты не думала, что я… тоже тебя люблю? — наконец выдавил из себя признание мужчина.

Эльфийка изумленно посмотрела на своего собеседника, а потом покачала головой.

— Как я должна была об этом догадаться? — осторожно спросила Тирэль, как и любая женщина, смягченная признанием. — Ты всегда смотрел на меня как на удачную покупку. Так смотрят на породистую лошадь, а не на возлюбленную. Ты никогда не заступался за меня перед отцом, никогда не интересовался мной и моими мыслями. Все наши разговоры сводились к тому, что я обязана делать и как себя вести. По каким признакам я должна была понять, что ты меня любишь, Селиан? Мне кажется, ты путаешь с любовью задетые чувства собственника…

— Если бы все было так просто, — горько рассмеялся эльф, запуская руки в бывшую доселе идеальной прическу. — Я сам во всем виноват. Привык к тому, что ты будешь моей, и даже не думал о таких глупостях, как ухаживание. Мне казалось, что пока важнее заслужить одобрение твоего отца, чтобы он не передумал. А с тобой, казалось, я еще все успею…

Тирэль не знала, что на такое отвечать, а потому просто опустила глаза. Да и что тут скажешь?

— Темный меня сейчас взглядом испепелит, — вздохнул Селиан, смотря поверх головы эльфийки. — Беги к нему… И… Будь счастлива, Тирэль.

— И тебе счастья, Селиан, — откликнулась девушка и тепло улыбнулась светлому. — Твое время еще придет.

И, резко развернувшись, быстро подошла к заметно расслабившемуся Флэссу.

Меж тем из лесу показались Энрит и Керрин. Эльфийка бодрым шагом приблизилась к Калтинэлю и, подмигнув сыну, небрежно произнесла:

— Ну что? В храм Вечного Света?

— Зачем?! — отшатнулся от своего худшего кошмара Повелитель.

— Брачный обряд совершать, — хищно улыбнулась Энрит. — Тирэль — любимица Света, а Флэсс — Тьмы. Так что нужно проводить два обряда: сначала в одном храме, а потом во втором.

— Ну, как найти храм, ты знаешь. — Калтинэль развернулся и собрался уйти прочь с поляны.

— Куда собрался? — удивилась эльфийка, придержав светлого за рукав. — Не хочешь видеть, как твоя дочь станет женой темного?

— Она мне больше не дочь! — прошипел Повелитель и дернул рукой, освобождаясь от хватки Энрит.

— Не очень-то и хотелось, — фыркнула Тирэль вслед стремительно удаляющемуся отцу.

— Века прошли, а он не меняется, — пренебрежительно хмыкнула Энрит и махнула рукой. — Идемте. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее отправимся домой.

Храм Вечного Света представлял собой четыре массивные колонны, полностью увитые плетущимися растениями, которые держали куполообразную крышу. Ни стен, ни дверей в храме не было, а земля была укрыта ковром мягкой травы. У одной из колонн была установлена статуя Вечному Свету, перед которой сейчас стоял светлый эльф в длинной белой хламиде. Когда Энрит, идущая впереди всех, пересекла невидимую границу, отделяющую обычную лужайку от храма, светлый обернулся и вопросительно посмотрел на эльфийку.

— Брачный обряд. — Энрит указала на притихших Флэсса и Тирэль. — Срочно.

Жрец молча пожал плечами и, повернувшись к статуе Вечного Света, вполголоса что-то забормотал.

— Теперь ждем, — сообщила Повелительница своим спутникам и бесцеремонно уселась на траву. — Вам советую тоже присесть. Неизвестно, сколько нужно будет ждать ответа Вечного.

— А зачем его ждать? — недоуменно спросила Тирэль, осторожно устраиваясь рядом с Флэссом. — Даже в брачном обряде Повелителя присутствие Вечного не требуется…

— Так то Повелитель, — усмехнулась Энрит. — А в твоем случае требуется, потому что Вечный к тебе благоволит.

— Это не самое страшное, — тихо рассмеялся Керрин, увидев удивленное лицо юной эльфийки. — Если надумаю жениться я, то ни один жрец не имеет права провести такой обряд. Только сам Вечный.

Меж тем речитатив жреца вдруг резко оборвался.

— Смотрите наверх, — тихо сказал он. Когда все подняли головы, то увидели прямо над собой плотное темно-синее марево, в котором постепенно начала проявляться картинка.

На небольшом широком кожаном диванчике лежала на животе девушка. Она болтала ногами и с азартом бегала пальцами по нижней части странной, изогнутой под прямым углом пластины. Ее длинные черные волосы были заплетены в косу, кончик которой сейчас свешивался с дивана. Недалеко от нее в мягком кресле перед столом сидел платиновый блондин и увлеченно барабанил по тонкой доске, всматриваясь в прямоугольную вертикальную пластину, на которой мелькали картинки.

— Вечный Свет, к тебе взываю! — не растерялся жрец и бухнулся на колени.

— Вайп,[1] — мрачно обронил блондин, покосившись на коленопреклонного жреца, и отъехал прямо в кресле от стола.

— Да уж, поиграли, — с сожалением проговорила девушка и, потягиваясь, обратилась к Флэссу: — Мальчик мой, что тебе еще надо? Девочка твоя, так радуйтесь жизни!

— Брачный обряд… — начал было темный, но Вечные начали хохотать, и он счел за лучшее заткнуться.

— Ладно, брат, не будем смущать неокрепшие умы, — хмыкнула Тьма, отсмеявшись. — Переходим в нормальный вид.

Свет согласно склонил голову, и Вечные одновременно сделали шаг вперед, заполнив собой все пространство марева. Тьма преобразилась — вместо очаровательно растрепанной и даже в чем-то домашней девушки теперь стояла действительно Вечная. Ее черные волосы сами собой расплелись и упали тяжелым покрывалом, укрыв фигуру Тьмы до пояса. Одета Вечная была в черный походный костюм, который вполне дополняла кольчуга из темного металла. На широком поясе были прикреплены на перевязи ножны с фелвистом, одноручным обоюдоострым прямым мечом, а голову Тьмы украшал простой обруч с темным матовым камнем посредине.

Вечный Свет был теперь облачен в серебряный доспех и сжимал обеими руками эфес эспадона, упирая его острием в мрак у себя под ногами. Короткие платиновые волосы были перехвачены серебристым обручем с прозрачным камнем.

— Время для брачного обряда еще не пришло, — строго проговорила Тьма.

— Простите, покровительница, — поклонился успевший встать Флэсс. — А… когда оно придет?

Вечные переглянулись.

— Думаешь, стоит? — спросила Тьма у брата.

— Почему бы и нет, — ответил тот, пожимая плечами.

— Ладно, — вздохнула Вечная. — В конце концов, это ни на что уже не повлияет…

— Брачный обряд должен быть проведен для всех четверых одновременно, — молвил Свет, склонив голову к плечу. — Пока наши аватары не обретут свое счастье, об обряде можете даже не думать.

— Тем более вам и так есть чем заняться, — усмехнулась Вечная Тьма и лукаво посмотрела на своего любимца. — Кстати, настоятельно советую тебе, мой мальчик, забрать мою аватару и некоторое время пожить в Винкаре.

— Тебя, Керрин, это тоже касается. — Свет сурово посмотрел на оборотня, а потом перевел глаза на Тирэль. — А ты, моя девочка, отправляешься в Тинталэ учиться.

— Вы нас разлучаете… — прошептала эльфийка и опустила глаза.

— Так нужно, — мягко произнесла Тьма. — Тем более это не надолго.

— Вам пора, — улыбнулся краешками губ Вечный Свет, и марево пропало.

— Вот и сходили в храм на свою голову, — пробурчал расстроенный Флэсс.


0004165541006416.html
0004193911980374.html
    PR.RU™